Видимо, ошибался. Наоми внизу, очень даже мертвая, он — наверху, живой. Короткий суицидальный приступ прошел, он знал, что как-нибудь переживет эту трагедию, что боль так или иначе утихнет, что время приглушит острое чувство потери, что он снова кого-нибудь полюбит.
Так что, несмотря на горе и душевную боль, в будущее он смотрел с оптимизмом и интересом, каких давно уже не испытывал. Ему просто не терпелось узнать, что ждет его впереди. Если он способен на такое, значит, он совсем не тот человек, каким всегда казался себе. Более сложный, более динамичный. Bay!
Младший вздохнул. Хотелось, конечно, и дальше лежать здесь, глядя на мертвую Наоми, грезя наяву о своей будущей жизни, интересной и яркой, но сейчас предстояло заняться совсем другим.
Глава 4
Второй раз звякнул звонок. Через цветной рисунок на стеклянной панели входной двери Джо увидел Марию Гонзалез: окрашенное кое-где красным, а кое-где зеленым, ее лицо напоминало мозаику из лепестков и листьев.
Когда Джо открыл дверь, Мария склонила голову, не решаясь поднять на него глаза.
— Я должна быть Мария Гонзалез.
— Да, Мария, я знаю, кто ты. — Как всегда, его очаровывала ее застенчивость и стремление овладеть английским.
И хотя Джо отступил в сторону, широко распахнув дверь, Мария осталась на крыльце.
— Я хочу увидеть миссис Агнес.
— Да, конечно. Пожалуйста, заходи. Она все еще колебалась.
— Насчет английского.
— У нее этого добра предостаточно. Так много, что я и не знаю, что мне с этим делать.
Мария нахмурилась, она еще недостаточно овладела новым для себя языком, чтобы понять шутку Джо.
А Джо тут же добавил, чтобы она, не дай бог, не подумала, что он смеется над ней: «Мария, пожалуйста, заходи. Mi casa es su casa
Она бросила на него короткий взгляд и тут же отвела глаза.